23 августа 2026 года в Казахстане состоялись выборы в первый созыв государственного Курултая, созданного в соответствии с конституционными изменениями, одобренными на референдуме 15 марта. Партия «Адилет», в которую вошла многолетняя правящая партия «Аманат» (ранее «Нур Отан»), получила 71,17% голосов по всей стране и 110 из 145 мест, сформировав решительное подавляющее большинство. В рамках конституционных реформ в Казахстане были учреждены пост вице-президента и новый орган — Халык Кенесы, а двухпалатная законодательная ветвь была реорганизована в однопалатный парламент, избираемый по партийным спискам. Убедительная победа правящей партии подтверждает то, что сделали практически неизбежным конституционные поправки: расширение президентских полномочий Касым-Жомарта Токаева, позволяющее ему использовать систему для решения самых разных задач.
КОНТЕКСТ:
Процесс конституционной реформы начался как предложение по преобразованию парламента. В своем послании народу Казахстана 8 сентября 2025 года президент Касым-Жомарт Токаев предложил упразднить Сенат и перейти к однопалатному парламенту, избираемому исключительно по партийным спискам. Процесс активизировался в начале 2026 года. В январе Токаев объявил о намерении реформировать Конституцию страны и создал Комиссию по конституционной реформе под председательством главы Конституционного Суда Эльвиры Азимовой, назначив ее заместителем своего ключевого соратника Ерлана Карина. В феврале Токаев подписал указ о проведении референдума 15 марта. В марте граждане одобрили новую Конституцию подавляющим большинством голосов (87,15%). В июле документ вступил в силу, прекратив полномочия двухпалатного парламента и запустив процедуру выборов в Курултай 23 августа.
Ранее парламент Казахстана состоял из двух палат — Мажилиса и Сената. Изменения объединили их в новый однопалатный орган — Курултай (что означает «собрание» или «съезд» тюркских лидеров). Кроме того, новый парламент теперь формируется полностью по партийным спискам взамен прежней смешанной системы, где 70% депутатов избирались по спискам, а 30% — по одномандатным округам.
Также был создан новый квазизаконодательный консультативный орган — Халык Кенесы (Народный Совет), объединивший Ассамблею народа Казахстана и Национальный курултай. Он задуман как технократическая платформа для разработки рекомендаций на основе общественных запросов. Орган состоит из 126 членов, назначаемых непосредственно президентом. Халык Кенесы наделен правом подготавливать законопроекты для Курултая и инициировать общенациональные референдумы, однако его реальная функциональная роль, вероятнее всего, останется ограниченной.
Помимо этого, учрежден пост вице-президента, назначаемого главой государства. Эта должность является первой в линии президентского преемничества, хотя это не делает вице-президента автоматическим преемником Токаева.
Президент теперь лично выдвигает кандидатуры премьер-министра, судей Верховного суда и председателя Курултая. Назначения, ранее требовавшие согласия Сената, включая глав Центрального банка, Комитета национальной безопасности и Генерального прокурора, перешли в прямое ведение главы государства. Эти шаги означают институциональное ослабление полномочий парламента.
Выборы 23 августа стали первыми для партии «Адилет» (что означает «справедливость»), зарегистрированной в июне и возглавляемой бывшим руководителем Администрации президента Айбеком Дадебаевым. Вскоре после этого правящая партия «Аманат» (бывшая «Нур Отан») проголосовала за вхождение в состав «Адилет», сделав её официальным преемником в статусе партии власти.
При явной поддержке аппарата Акорды партия «Адилет» одержала уверенную победу, набрав 71,17% голосов по всей стране и получив порядка 110 из 145 мест. В ОБСЕ отметили, что хотя голосование прошло организованно, выборы состоялись в условиях отсутствия реального политического плюрализма.
ПОСЛЕДСТВИЯ:
Вопреки обещаниям Токаева о создании «Нового Казахстана», конституционные изменения закрепили доминирование суперпрезидентской системы. В этой модели формальные полномочия президента настолько превосходят возможности законодательной и судебной ветвей власти, что ни один институт не обладает эффективными рычагами сдерживания. Текст Конституции теперь подстраивается под любые решения Токаева, вместо того чтобы ограничивать их.
В своем послании в сентябре 2025 года Токаев изначально заявлял, что реформы пройдут в 2027 году. Однако весь процесс переработки Конституции занял порядка шести месяцев. Хотя Акорда преподносила это как «широкое всенародное обсуждение», текст документа, по всей видимости, разрабатывался за долгие месяцы до официального анонса. Из-за спешки гражданское общество Казахстана, и без того ограниченное, не успело консолидироваться для оказания организованного сопротивления референдуму.
Токаеву 73 года, что неизбежно поднимает вопрос о транзите власти. Введение поста вице-президента можно расценивать как площадку для тестирования потенциального преемника или как механизм постепенного отхода Токаева от руководства.
При этом, несмотря на то что текущий президентский срок Токаева истекает в 2029 году, Конституционный Суд постановил: поскольку Конституция была принята заново, а не отредактирована, прежние сроки аннулируются. Любые выборы после вступления нового текста в силу считаются первыми. Ограничение на один семилетний срок без права переизбрания сохранилось, но теперь этот отсчет может продлить полномочия Токаева до 2036 года.
Назначив вице-президентом Ерлана Карина, Токаев сделал ставку на фигуру, чей политический взлет связан лично с ним, а не с назарбаевскими номенклатурными сетями. Карин, долгое время работавший помощником президента и государственным советником, являлся одним из ключевых политтехнологов Токаева. Впрочем, этот пост может оставить пространство для маневра и самому Токаеву после ухода с поста президента. Очевидный прецедент был создан в 2019 году, когда Нурсултан Назарбаев покинул пост главы государства, сохранив рычаги влияния в качестве председателя Совета безопасности. Подобный сценарий позволит Токаеву постепенно передать управление, обеспечив себе безопасность и сохранив стратегическое влияние.
Теперь выборы в Курултай будут полностью проходить по закрытым партийным спискам, где кандидатов фактически отбирает аппарат «Адилет» и Акорда. Примечательно, что это решение полностью отменяет реформы самого Токаева от 2022 года, вводившие пропорцию 70/30 для списочников и одномандатников. Откат назад демонстрирует, что этап ранних уступок пройден, и властная вертикаль сворачивает либеральные начинания того периода.
Ни одна из избирательных систем не является абсолютным идеалом, но в условиях Казахстана данный шаг однозначно усиливает президентский контроль над отбором кандидатов. Лица, не обладающие прямой поддержкой правящей партии «Адилет», практически лишаются шансов попасть в новый парламент.
Токаев также проводит масштабную перезагрузку политической машины, объединив «Аманат» с «Адилет». Хотя в 2022 году «Нур Отан» переименовали в «Аманат», президенту требовалась структура без прошлого наследия. Депутат Мажилиса Ерлан Саиров емко выразил эту логику: «На "Аманате" до сих пор остаются отпечатки пальцев Назарбаева». При этом рост плюрализма не просматривается: партия создавалась сверху, а не формировалась из общественного запроса. Фактически Токаев получил обновленный политический инструмент, который он может настраивать по своему усмотрению.
Официальная явка составила 74,08%, что на 20% выше показателей 2023 года (54,21%). В то же время наблюдатели ОБСЕ зафиксировали «существенные расхождения между реальной активностью избирателей и официальными данными». В выборах участвовали несколько партий: аграрный «Ауыл», традиционно оппозиционный «Ак Жол», «современный» «Respublica», коммунистические остатки Народной партии и «реально оппозиционная» Общенациональная социал-демократическая партия. Однако «Адилет» забрала подавляющее большинство. Искусственная природа большинства партий и их неготовность идти против правительственного курса не позволили им оказать серьезного сопротивления.
ВЫВОДЫ:
Акорда рассчитывает открыть новый этап эпохи Токаева с обновленной Конституцией, перестроенным парламентом и устойчивым большинством правящей партии. Однако фундаментальные вопросы о дальнейшем векторе развития Казахстана остаются открытыми. Токаев фактически перечеркнул страницу, открытую в турбулентном 2022 году, и отменил уступки, сделанные тогда его правительством. Новая Конституция стала символом этого разворота: часть изменений носит косметический характер, другие выстраивают систему внутренней уверенности элит в устойчивости власти. Все они направлены на укрепление суперпрезидентского режима. Вопрос о транзите власти также остается открытым: пост вице-президента позволяет как подготовить преемника, так и сохранить ключевую позицию для самого Токаева при обнулении сроков, и обновленный основной закон допускает любой из этих сценариев. Программа «Новый Казахстан» может способствовать модернизации, повышению эффективности и даже транспарентности государственного аппарата, но она не пошатнет монополию государства. Эта модель способна обеспечивать авторитарное развитие страны, однако нарастающее недовольство общества из-за отсутствия возможностей реального участия в политической жизни может достичь критической точки.
ОБ АВТОРЕ:
Эрлан Бенедис- Граб — младший научный сотрудник Института Центральной Азии и Кавказа. Получил степень бакалавра экономики и исследовательской деятельности Центральной Евразии в Индианском университете в Блумингтоне. Сфера его научных интересов охватывает Центральную Азию, международную торговлю и энергетическую политику.
Источник: https://cacianalyst.org/publications/analytical-articles/
CentralasianLIGHT.org
25 сентября 2026 года